Известная современная поэтесса Вера Полозкова неоднократно подвергалась негативным замечаниям. Например, литературный критик А.В. Саломатин в своей статье в журнале «Вопросы литературы» не понимает восторга поклонников поэтессы, обвиняя её в неиндивидуальности языка. Он видит в её стихах «монотонность Бродского», «изложение затёртых философских пейзажей усреднённым языком среднестатистического эпигона Цветаевой» и вообще утверждает, что «стихи её – настоящий, честный, добросовестный кич». Неужели «неуникальность» языка поэзии В.Н. Полозковой делает её работы примитивными и неинтересными? Разберём особенности языка поэтессы, проанализировав её стихотворение «Чужой».

Пусто. Ни противостоянья,
Ни истерик, ни кастаньет.
Послевкусие расставанья.
Состояние
Расстоянья —
Было, билось — и больше нет.
Скучно. Мрачно. Без приключений.
Ни печали, ни палачей.
Случай. Встреча морских течений.
Помолчали — и стал ничей.
Жаль. Безжизненно, безнадежно.
Сжато, сожрано рыжей ржой.
Жутко женско и односложно:
Был так нужен,
А стал
Чужой.

Стихотворение «Чужой» – одна из наиболее известных работ Полозковой. С помощью использования различных художественных средств создаётся насыщенный образ произведения, представленный в нескольких планах.

Тема стихотворения – расставание. Лирический субъект переживает последствия случившегося события, после которого его жизнь стала тусклой и безнадёжной. Он не испытывает прежних эмоций, осознаёт, что прожитое не повторить. Автор в полной мере передал эмоции героя, его ощущения и жизненную ситуацию. Попробуем разобраться, как ему удалось это сделать.

Синтаксическая структура стихотворения постоянна: в начале каждого абзаца используется парцелляция, при этом предложения являются номинативными – это проясняет интонационный рисунок стихотворения и придаёт каждому слову весомости. Выделяются первые предложения абзацев, состоящие из одного слова:

Пусто. Ни противостоянья,
Ни истерик, ни кастаньет.
<…>
Скучно. Мрачно. Без приключений.
Ни печали, ни палачей.
<…>
Жаль. Безжизненно, безнадежно.
Сжато, сожрано рыжей ржой.
<…>

Эта цепочка начальных предикативов – основа сюжетной линии стихотворения. Они отображают развитие ситуации и порядок чувств лирического субъекта. Все эти синтаксические приёмы экспрессируют угнетённость и пустоту обстановки.

Примечательна структурная и графическая организация произведения: начальная часть абзацев состоит из лексем более длинных, чем конечная. Уменьшение длины слов усиливает ощущение безысходности, растерянности, бессилия. Завершительные части строф, выделенные тире или перенесённые на новую строку, являются сокрушительным заключением каждого абзаца, подытоживают его, словно вонзают нож в сердце:
<…>
Состояние
Расстоянья —
Было, билось — и больше нет.
<…>
Случай. Встреча морских течений.
Помолчали — и стал ничей.
<…>
Был так нужен,
А стал
Чужой.

Стихотворный размер – дольник. Из-за отсутствия чёткой ритмической структуры возникает ощущение разрозненности мыслей, беспорядка в голове лирического субъекта. Рифма перекрёстная, женская чередуется с мужской. Стоит отметить, что четвёртая и пятая строки первой строфы как бы «встроены» в цельный по структуре и ритму абзац – такая обрывистость иллюстрирует импульсивный характер повествования:

Пусто. Ни противостоянья,
Ни истерик, ни кастаньет.
Послевкусие расставанья.
Состояние
Расстоянья —
Было, билось — и больше нет.

Кроме того, примечательно, что во второй строфе рифмуются не только конечные слова строк, но и начальные (внутренняя рифма):

Скучно. Мрачно. Без приключений.
Ни печали, ни палачей.
Случай. Встреча морских течений.
Помолчали — и стал ничей.

Такая «зеркальность» рифмы отделяет прошлое от будущего, иллюстрирует взаимосвязь настоящего и будущего: нужно обдумывать свои поступки, ведь каждое наше действие имеет последствия. Как писал В.Г. Белинский, «настоящее есть результат прошедшего и указание на будущее».

Важную роль в этом стихотворении играет фонологический уровень: фонетическая структура интерпретирует семантическую. Автор умело использует аллитерации, последовательно развивающие сюжет.

Первая строфа начинается с предикатива «пусто», первый звук в котором – глухой губной взрывной согласный «п», тихим «ударом» начинающий стихотворение. Затем в изобилии представлен щелевой согласный «с»: пусто, противостоянья, истерик и др. – данное явление может символизировать свистящий ветер, сопровождающий автора в его одинокой прогулке и вносящий в обстановку тревожность, мятежность. Пять «свистящих» строчек замыкает «взрывная» строка, насыщенная звонким губным взрывным «б»: было, билось, больше – внезапные «удары» на фоне предыдущего свиста экспрессируют разрушительность заключительной строки.

Следующий абзац насыщен глухой аффрикатой «ч». Наконец, заключительную строфу можно назвать «жужжащей», ведь в ней в большом количестве содержится звонкий щелевой согласный «ж»: жаль, безжизненно, безнадёжно и др. Во второй строке наблюдается высокая концентрация согласного «р»: «сожрано рыжей ржой».

Таким образом, по мере прочтения стихотворения в аллитерациях обнаруживается восходящая эмоциональная градация (от имитации лёгкого свиста ветра до раздражающего жужжания и гневного рычания): «с» - «ч» - «ж» (+«р»).

На лексическом уровне привлекает внимание окказионализм «женско», употребление которого добавляет строчке контраста. Данное образование, очевидно, связано с концептом «женский»: в сознании русского носителя он включает в себя смысловые компоненты «слабый», «беспомощный» – поэтому такое предикативное наречие переосмысливается соответствующим образом. Становление предикатива «женско» в однородный ряд с предикативом «односложно» более точно определяет значение неологизма.

На основе выполненного анализа стихотворения можно сделать вывод, что поэтический язык Веры Полозковой интересен обилием различных средств художественной выразительности и по-своему особенен: средства выразительности на всех языковых уровнях обеспечивают полноту картины и привносят дополнительные эмоциональные оттенки. Несмотря на очевидную вторичную природу стихов Полозковой, поэтессе несомненно удаётся затронуть струны души читателя. Её работы способны вызвать богатый спектр эмоций и точно никого не оставят равнодушным.

Примечание:

1. Белинский В.Г. «Взгляд на русскую литературу 1846 года».