Книга Анастасии Вильчи «Как читать и понимать театр. Интенсивный курс» менее, чем на двухстах страницах, часть из которых занимают фотоматериалы, обещает научить читателя разбираться в современной театральной жизни и, как минимум, поддержать разговор о нём в «приличном обществе».

Автор — продюсер, обозреватель драматического театра и кино. Учредитель театральной премии «Момент», газетных изданий и ТВ-программ. В прошлом — пресс-атташе нескольких столичных театров, в том числе Романа Виктюка, о котором тоже пойдет речь в книге. Список впечатляющий. Может, опыт действительно позволит изложить всю суть настолько лаконично?

«Возможно ли понять театральное искусство? Книга, находящаяся в ваших руках, ответит на этот вопрос. Итак,

1. Как выбрать, на что пойти в театр и максимально не разочароваться?
2. Вопросы о современном театре или карта театральной Москвы сегодняшнего дня.
3. Имена. Режиссеры. Кто сегодня ставит, в каком театре, о чем.
4. Имена. Актеры. Кто сегодня играет в театре, что, у кого из режиссеров».

Вступление уже звучит многообещающе. Увы, не всё будет выполнено в полной мере.

Речь пойдет о двенадцати драматических театрах: РАМТ, Театр Маяковского, театр Олега Табакова, МХТ им. Чехова, Академический театр им. Вахтангова, Современник, театр им. Пушкина, театр Наций, мастерская Брусникина, электротеатр Станиславский, театр им. Моссовета, театр Романа Виктюка.

Каждый раздел начинается с краткой информации: название и логотип театра, знаменитые артисты, которых там можно увидеть. О последнем пункте следует сказать подробнее: сам автор не раз прямо или косвенно говорит читателю о том, что ориентироваться лишь на имена артистов нельзя — примером тому служат «сделанные на потребу публике» антрепризы, «которые и за театр-то не считают». Во вступлении имена всё же обещались — возможно, это интересный формат их представления. Но какую ценность они имеют, если не указано хотя бы одной постановки, где занят каждый из артистов? И это — дополнительный повод обывателю выбирать постановку не по стилю и содержанию.

Полезна ёмкая статья о каждом театре, немного рассказывающая об общем направлении и специфике постановок: читатель, ищущий традиционные спектакли по классике, твёрдо усвоит, что ему в РАМТ, а не в театр Наций. Так, например, автор пишет об альма-матер — «Виктюковке»: «Как-то раз я сильно ошиблась, пригласив знакомого тренера по футболу на спектакль режиссёра Романа Виктюка. Культовый и прошедший сотни раз за четверть века спектакль, мне казалось, прекрасный повод провести в театре вечер весны, чтобы после обсудить, погулять, выпить чаю и все, что душе будет угодно. Я ошиблась, и сильно. Это были «Служанки». А тренер не знал, кто такой режиссёр Виктюк. Чем закончился вечер? Я пила чай одна. Тренер убежал так быстро, что после я его не видела и не слышала».

И всё же основной массив текста и способ построения книги — рецензии. И уже это вызывает недоумение: сможет ли их понять человек, не знающий о театре ровным счётом ничего? Вряд ли. Вильчи пишет легко читаемым публицистическим языком, но специфические термины здесь встречаются. Продолжит ли читатель изучать текст, опирающийся на личное мнение автора? Вопрос остаётся открытым. Одно можно сказать точно: книга на обывателя не рассчитана. А зачем знающему человеку проходить «интенсивный курс?»

Помимо рецензий, есть рубрика «Ремарка». Это — заметки о худруках и режиссёрах, отрывки из различных с ними интервью. Артистам Вильчи задаёт вопросы сама: «что важно знать зрителю перед походом в театр?» («адрес и время», «на какой спектакль он идёт… автора пьесы, режиссёра», «надо…полностью отрешиться от окружающей действительности»), «какой он, идеальный зритель?» ( «я не знаю, какой идеальный, я знаю, что зритель всегда прав», «похож на идеального собеседника за чашкой чая, который умеет слушать и своими вопросами натолкнуть на интересные открытия», «тот, который хочет быть в театре»), «как вы бы назвали свой театр одним словом?» («живой и хулиганский», «небесный», «Творчество Любовью»). Ответы, конечно же, совершенно разные. Они помогут зрителю, только входящему в этот мир, не бояться ходить в театр, понять, что там его ждут и принимают любым. В этом — ценность данной книги, подобные разговоры дают понять, что какие-то вещи можно узнать только приходя в театр и интересуясь его жизнью.

Заметки о режиссерах тоже очень помогут тому, кто всё-таки отважился и прочитал несколько рецензий. Имя постановщика — первое, на что стоит смотреть при выборе спектакля, и нам подробно и обстоятельно объясняют, чем прекрасен Миндаугас Карбаускис и почему работы Константина Богомолова тоже можно понять.

Недоумение вызывает статья «Театр. Ориентиры» в последней трети книги. В ней объясняются базовые вещи: когда начинается и заканчивается в театре сезон, на какие вопросы нужно знать ответы, чтобы поддержать разговор и сакраментальное: «Даже если вы традиционно идете на любимого актёра… посмотрите, кто этот спектакль поставил. Имя режиссёра зачастую важнее, и спасет вас от такой неприятной вещи, как встать посреди действия и / или уйти в антракте». Почему-то банальные, основные вещи объясняют после рассказа о большей части театров — читатель, которому основы основ необходимы, до неё просто не дойдёт. Но можно допустить, что кто-то всё-таки заглянет в содержание и сразу поинтересуется, какие же ориентиры ему нужны.

А вот смысл другой заметки совсем неясен. «Насмотренный зритель» — неприкрытый сарказм. Это рассказ от лица женщины, ходящей в театр «раз в два года». Весь текст — высмеивание подобного типа людей, причём их же словами: «Надо заметить, что Театр Наций очень приятное место. Нет даже намека на тлен и бедность, столь присущие провинциальным театрам. Все тонко и со вкусом». Или замечания о внешности публики, которые попросту запугают мнительного новичка: «Но как же без заядлых театралок. Я обозначила их «мадам Ку-ку» – то мелькнет в рамке металлодетектора каракулевая шляпка-клош, то резанет из темного угла по глазам люрекс и стразики». Злоба и ханжество автора явно не смогли удержаться внутри и выплеснулись на бумагу.

Для самых стойких, дошедших до конца — список того, о чём сказать не успели, и карта, на которой отмечена небольшая часть театров столицы.

Чего же сказано не было? «Карта театральной Москвы», как выяснилось, - громкое и ненужное выражение. Неужели нет в ней кукольных, пластических, мюзикловых и опереточных театров? А классическое искусство — балет, опера? О них не было сказано ни слова. Имена актёров практически не были упомянуты в связи со спектаклями, в которых они играют, — лишь в примечаниях к рецензии. Не забываем, что у спектакля может быть великое множество составов — и о том, что восприятие спектакля из-за них может меняться, тоже не было сказано. Нет множества важнейших для обывателя мелочей, незнание которых может весьма усложнить поход в театр. Автор сам выбирает, что ему упомянуть в своей книге, — мы можем лишь это прокомментировать
Является ли книга учебником? Пожалуй, нет, — слишком много вопросов к её композиции и к выбору способа обучения. Подойдёт ли она тем, кто ещё не ходит в театр систематически? Вряд ли. Ему, скорее, придётся проделать «интенсивный курс» поиска информации на просторах Интернета, чтобы понимать, о чём же говорит автор. Это, скорее, занимательная литература для тех, кто уже знаком с миром современных спектаклей, — человеку без определённой базы будет очень трудно воспринимать и, как следствие, неинтересно дочитывать книгу.